«Понимаю твои сомнения, но что нам мешает разобраться?»
«Разобраться, ну да… Не оказалось бы поздно».
«Ну рискни! Ты же учёный, перед тобой ворох тайн…»
«Э-э, не спекулируй на моих слабостях! Чтобы сунуть нос в замочную скважину, не обязательно лезть головой в петлю».
«Всё ясно. Это твоё последнее слово?»
«Ну и фраза – будто из зала суда! Напрасно кипятишься, боевик, – вопрос уже решён, я участвую в вашем бедламе на все сто. Так что иди и спокойно упаковывай чемоданы».
«Н-да, весело живёшь».
«Не завидуй. Может, недолго осталось мне веселиться».
x x x«Лика, привет тебе с „того света“! Что со мной произошло, ты узнаешь из прилагаемой тетради, хотя всё же надеюсь, что ни она, ни письмо к тебе не попадут – иначе это будет означать, что я основательно увяз в своём приключении.
Завтра мы с Андром отбываем в Столицу. Для меня это будет странное путешествие: я буду всё видеть и слышать, даже осязать, но при этом бренная моя оболочка квартиры не покинет. Официальная версия: выехал на заслуженный отдых, может быть, даже в Крым. (Эх!..) По счастью, в институте сейчас затишье, так что мне не стали препятствовать, когда я затребовал отпуск за два года, да ещё прихватил месяц за свой счёт. Обернусь ли? Больше всего меня пугает мысль, что мой прекраснодушный порыв мог быть спровоцирован пустышкой и что я рискую принять смерть от собственного слетевшего с катушек воображения.
К тебе просьба: попытайся опубликовать мои записи. Форма значения не имеет – лишь бы вышли. Может, в массе читателей найдётся ещё хоть один ненормальный, который пережил нечто подобное. Если у него хватит пороха, он на тебя выйдет. Отнесись к этому серьёзно. Я не хочу, чтобы дело заглохло, – оно кажется стоящим.
Вот и всё, пожалуй. Надеюсь, ты не будешь вспоминать обо мне слишком плохо.
Твой (теперь уже навсегда) Андрей».
Часть первая
1